Главная  
  Новости  
  Тренинги  
  Индивидуально  
  О нас  
  Наши CD  
  Ведущие  
  Инструкторский курс  
  Звукотерапия  
  Работа с голосом  
 
  Программы  
  Материалы  
  Мастера в мире  
  Библиотека  
  Друзья  
  Вопрос/Ответ  
     
  Рекомендую  
 

 
  Организациям  
  Тренинги  
 
 
  Интересное  
  Мантры  
  Развитие слуха  
  Обертонное пение  
  Творчество  
 

 
 

 
 

 
 

 

Звук был вначале мира. Звук правит миром. Звучите свободно, будьте собой, будьте с миром!

© Олег Российсский и Ирина Казаченко, 2006-2016.

Авторские материалы сайта (описание семинаров, тренингов, практик, вопрос-ответ, описания подхода деятельности и т.п.)ни где не могут быть использованы ни полностью, ни частично, кроме как в качестве цитат с обязательным указанием ссылки и авторов.

 
     
 
Расписание

Москва

Регулярные занятия в "Пране"

среда с 20 до 22

Москва

Алхимия Голоса. Вибрация и намерение

9 -10 декабря с 11 до 18

Москва

Концерт. 5 elements

27 октября в 19-30

Москва

Йога Голоса new (Мск)

28-29 октября

Санкт-Петербург

Йога Голоса new (СПб)

18 - 19 ноября

Екатеринбург

Йога Голоса

25-26 ноября

Индия, Гокарна

IndiaVOICE. Сила, Энергия, Свобода

26 февраля - 9 марта

Подмосковье

ИНСТРУКТОРСКИЙ КУРС 2018

15-25 мая 2018 г.

Ладога. (Ладожское оз.)

Волшебный Голос Севера. Трансформация.

20 - 28 июля, 2018 г.

Испания, пров. Аликанте

ЗВУКОТЕРАПИЯ, обучающий мега-интенсив

11-25 сентября 2018

 

Ассоциация Звукотерапевтов

+7 812 908 95 83
+7 906 715 95 88
oleg[dog]voicemaster.ru
skype: helge_madr

Голос - Волшебная Сила. Йога Голоса

школа голосовых практик и звукотерапии

Фото Видео Аудио Расписание Отзывы Контакты
 
Статьи




Главная/Статьи/Звуковой код народной культуры

Звуковой код народной культуры


Музыкальный язык и другие «языки» традиционной культуры

Во все времена традиционная культура была нацелена на обеспечение выживания человеческого сообщества в сложных природных условиях и исторических обстоятельствах. Для этого было необходимо передавать следующим поколениям накопленные знания и представления об устройстве мира и социума, о способах преодоления кризисных ситуаций.

В исторически ранние времена для передачи информации люди использовали все доступные им средства: предметы быта, орудия труда, одежду, пищу, мебель, само жилище и его части, природные объекты (растения, животных, камни, водные источники) и т. п. Предметы, которые окружали человека в быту, выполняли и другую функцию, поскольку наделялись символическим значением. То же можно сказать и о видах духовной деятельности человека: танце, музыке, произведениях словесного фольклора.

О символическом значении объекта духовной или материальной культуры можно говорить в том случае, когда он обретает дополнительный смысл, становясь знаком (символом) иного предмета, объекта или понятия. Символическое значение предмета связано с изначально при сущими ему качествами, свойствами, признаками, а иногда и с действием, совершаемым с его помощью. Так, например, корыто может выступать в народной культуре как символ гроба (а через него — смерти) в силу сходства формы и общности материала, из которого они изготавливались. В песнях святочных гаданий встречается текст, предвещающий скорую смерть «Стоит корыто, другим накрыто». Другой пример: квашня, в которой замешивают тесто, становится символом плодородия, поскольку опара в процессе брожения многократно увеличивается в размерах. Иголка, как и другие острые предметы, получает символическое значение оберега, не позволяющего злым силам приблизиться к человеку. И в наше время, чтобы уберечься от сглаза и порчи, некоторые люди, даже живущие в го роде, втыкают иголку или булавку в одежду.

Таким образом, в народной культуре вырабатываются символические «языки», различающиеся между собой средствами передачи информации, но обладающие единым полем значений. В научной литературе их называют также культурными кодами, поскольку с их помощью кодируется определенное содержание. Наиболее последовательно эти «языки» используются в ритуале, занимающем главенствующее место в традиционной культуре.


Ритуал и его коды

Как особая символическая форма поведения людей ритуал противопоставлен повседневности, однако его влияние распространяется и на сферу обыденной жизни, в значительной степени ритуализированной. В традиционной культуре обряды совершаются только в кризисные моменты бытия природы и человека. Для природы таковыми являются переходы от одного сезона к другому, а в жизни человека - рождение, вступление в брак и смерть. Все эти события нарушали установившийся космический порядок, приводили к временному хаосу, нарушению границ между двумя мирами, которые в обычное время закрыты. Только в моменты взаимопроникновения «того» и «этого» света было возможно вступление их обитателей в диалог. По сути дела, любой ритуал представляет собой диалог социума с некими высшими силами, а вся система известных в традиционном сообществе обрядов регламентирует отношения между мирами и направлена на обеспечение выживания коллектива, его процветание. В преодолении хаоса, восстановлении мирового порядка и состоит смысл ритуала, в котором люди использовали разнообразные способы магического воздействия на природу и самого человека в нужном направлении.

В ритуале наиболее полно представлены функционирующие в культурной традиции «языки»-коды:

предметный код, использующий разнообразные предметы в символической функции;
пространственный код, основанный на различном осмыслении частей пространства в связи с идеей двумирности; особое значение в нем приобретает категория пути-дороги, которая соединяет разные локусы и в обряде служит способом достижения границы между мирами;
временной код, связанный с восприятием и качественной оценкой периодов времени (календарных сезонов, недель и дней, времени суток) с позиций концепции сосуществования двух миров; время, как неуловимая субстанция, часто выражается в обрядах через природные приметы, имеющие сезонную обусловленность, а нередко и через музыку, как временное искусство;
акциональный код, или «язык» действий, по большей части служащий для передачи в ритуале процесса созидания или разрушения чего-либо;
персонажный код, который строится на оппозиции свой/чужой, выражающейся в противопоставлении различных групп людей внутри социума или в противопоставлении человеческого социума обитателям потустороннего мира. В после днем случае мифологические персонажи могут изображаться ряжеными людьми, воплощаться в форме предметных сим волов (антропоморфной или зооморфной куклы и пр.) или существовать в концептуальной сфере, то есть в сознании людей;
растительный код, связанный с культом растений;
словесный, или вербальный, код, который реализуется в поэтических текстах обрядовых вокальных жанров, а так же в речевых актах, всегда особым образом организованных: в них используются иносказания, рифма, глоссолалии, ритмизация, что и отличает их от обыденной речи;
акустический, или звуковой, код, включающий в себя природные звуки и звуки, производимые человеком, в том числе и пение.

Все эти коды объединены общим содержанием, в качестве которого выступает традиционная картина мира. Один и тот же смысл может быть выражен средствами каждого из этих кодов, но чаще всего —одновременно несколькими «языками», особенно в ритуале. Например, в южных областях России не веста может отказать сватам жениха либо в словесной форме, либо на «языке» действий и предметов: задув свечу у иконы или покатив им под ноги тыкву. Часто эти способы совмещаются.

Параллельность воплощения одних и тех же смыслов в разных кодах обеспечивает высокий уровень прочности и устойчивости народной культуры во времени, так как утрата одного или даже нескольких «языковых» элементов не может привести к забвению смысла.


Звуковой код народной культуры

Мир звуков, символически осмысливаемых в народ ной культуре, чрезвычайно разнообразен. Он включает в себя звуки природы (голоса птиц, животных, природных стихий, среди которых шум ветра, гром и т. п.), звуки, порождаемые человеческим голосом (крик, свист, шепот, речь, пение), а также звуки, производимые человеком при помощи других средств (например, в процессе игры на музыкальных инструментах).

Основополагающей для звукового кода традиционной культуры является оппозиция звук/тишина. Она отсылает к фундаментальному противопоставлению жизни и смерти и тесно связана с представлениями о двумирности Вселенной. Звук как 1 таковой: голоса птиц, животных и человека — выступает в этом контексте как один из признаков жизни «этого» мира.

Беззвучие, тишина, как правило, являются характеристикой потустороннего мира, мира мертвых, где «птицы не поют и не слышно скрежета зубовного». Вспомним обычай поминать умерших минутой молчания. Отсюда проистекает и представление о невосприимчивости к звуку (глухоте) и неспособности издавать звуки (немоте) обитателей «того» света. С этим связано и такое выражение, как «глухая полночь», в народной куль туре означающее время разгула нечистой силы, опасное для человека.

Оппозиция звук/тишина актуализируется в кризисные, опасные моменты жизни человека и природы, когда нарушается граница между мирами. Такие ситуации в традиционной культуре разрешаются при помощи ритуала. Благополучное прохождение кризисных зон зависит от строжайшего соблюдения человеком определенных правил поведения, в том числе и в звуковой сфере. Естественно, что абсолютная тишина, су­ществующая только в загробном мире, на «этом» свете недостижима. В ритуале она относительна и обеспечивается доступными человеку средствами: когда он не двигается, чтобы не создавать шума, говорит тихо, шепотом (то есть «без голоса») или молчит.

Отказ от речи (молчание) используется человеком как одно из средств преодоления границы между мирами с целью получения определенных благ или полезной информации (на пример, при гадании, во врачебной магии). Прервав молчание и вернув себе голос, человек восстанавливает нарушенную границу. Молчание практикуется и в тех случаях, когда участники ритуала изображают представителей иного мира.

Важную область акустического кода народной куль туры образуют звуки природы, представленные голосами животных, птиц, насекомых, природных стихий. Хотя природная звуковая среда является стихийной по своей сути, человек -носитель традиционной культуры - овладевает «звуковым ландшафтом» через его мифологическое осмысление. Благо даря этому мир природных звуков в сознании людей подчинен глобальным культурным идеям. Пение птиц, крики животных воспринимаются как некие «сообщения», которые необходимо правильно истолковать. Таким образом, способность «говорить», сообщать при помощи звуков некоторую информацию признается в системе традиционной культуры не только за человеком, но и за природными объектами, предметами быта и пр. Даже среди городских жителей до сего времени сохраняется обычай узнавать срок своей жизни по количеству кукований кукушки. Крики многих птиц интерпретируются как возгласы, проклятья, обвинения, адресованные человеку. Так, чибис окликает проходящих мимо: «Чьи вы? Чьи вы?», горлица грозит: «В кутузку!», ворона обвиняет в краже: «Украў, украў!».

Символическое осмысление природных звуков лежит и в основе некоторых видов гаданий. Во многих областях Рос сии известен обычай ночью под Новый год выходить на перекресток и слушать, откуда залает собака. Считалось, что с той стороны к девушке приедут сваты.

В акустический код народной культуры могут входить также звуки, не существующие в реальности, но присутствующие в сфере мифологических представлений: звуковое поведение русалок, домовых, леших и др. Поскольку все они мыслятся как антропоморфные существа, то умеют петь, говорить, свистеть и издавать другие звуки, но обретают голос, только попадая с «того» света в мир живых. Звуковые «высказывания» мифологических персонажей всегда обладают специфически ми чертами, позволяющими отличить их от человеческих. Считается, что русалки говорят и поют «всё наоборот»: «Матка женится, батька замуж денется».

Самую обширную область акустического кода традиционной культуры составляют звуки, производимые человеком. Их можно условно разделить на две группы: в одну войдут звуки, издаваемые при помощи голосового аппарата (речь, крик, шепот, пение), а в другую - производимые с использованием каких-либо средств (например, музыкальных инструментов). «Человеческие» звуки можно дифференцировать и по степени их принадлежности к сферам натуры или культуры. К первым относятся неконтролируемые, а потому примыкающие к при родным физиологические звуки типа икоты, зевоты, которые тоже могут приобретать символическое значение. Хорошо известна примета, по которой чихание в ответ на реплику собеседника означает, что тот сказал правду.

К области культуры принадлежат строго организованные звуковые «высказывания»: речевые акты, пение, инструментальные наигрыши и др. В целом же в традиционной куль туре существует дифференцированная и тонко разработанная система звуковых средств со своими грамматическими и синтаксическими правилами, способная не только передать всю сложность представлений человека об устройстве мироздания, но и воздействовать на мир, служа залогом сохранения миро порядка.

Функции звука и голоса в традиционной культуре

Очевидной, лежащей на поверхности является фактическая (контактоустанавливающая) функция звука и голоса. Звуковой код служит одним из главных средств коммуникации не только внутри человеческого социума, но и между «тем» и «этим» светом. Зона действия звука, равная области его распространения, значительно обширнее, чем у коммуникативных средств, основанных на визуальном, осязательном и других контактах. В ритуалах практически не используются обычные средства звукового общения. Их заменяют неординарные фор мы звукового поведения: громкое пение, крик или, напротив, шепот. Даже в тех случаях, когда в обряде применяется словес ный язык, тексты организуются особым образом: ритмизуются, рифмуются, изменяется скорость речи и пр. Использование в ритуале сакрализованных звуковых языков (как музыкально­го, так и словесного) связано со стремлением достичь максимального взаимопонимания с партнером по диалогу — сверхъестественными силами.

В контексте ритуала голоса природы и акустические эффекты типа эха, возникающие в результате звуковой деятельности людей, осознаются участниками обряда как «ответные реплики» с «того» света. Так, на юге Псковской области в весенние поминальные дни на кладбище начинают плакать по покойникам только тогда, когда закукует кукушка, - по народным представлениям, одна из ипостасей душ умерших. Плач на фоне голоса кукушки воспринимается как «разговор» со своими умершими предками. Нередко народные певцы сами вызывают обитателей «того» света на диалог, выбирая для исполнения обрядовых песен особые места, где возникает ответное эхо.

Любой звук, а в особенности звук человеческого голоса, может выполнять магические функции, причем, чем он громче, тем сильнее его воздействие. Звуку приписывается способность усиливать желательные и нежелательные процессы, происходящие в природе. Этим диктуются запреты на пение или предписания петь в определенных ситуациях. Практически во всех восточнославянских традициях отмечается необходимость пения во время таяния снега, для того чтобы ускорить процесс прихода весны. Запреты на пение связывались с такими состояниями природы, когда нужные процессы еще не начались.

Пение может способствовать также росту культурных растений (ржи, овса, льна и других), выполняя продуцирующую функцию. Поэтому период вегетации злаков и волокнистых растений (льна, конопли) чрезвычайно насыщен обрядовым пением. «Пой пуще, чтобы жито росло гуще!» — говорят в народе. Звук, голос, пение могут выполнять также обереговую (апотропеическую) функцию, защищая от нечистой силы и любых негативных воздействий. Например, на Смоленщине в купальскую ночь совершался обход полей с истовым пением купальских песен, чтобы уберечь посевы от ведьм, могущих отобрать «спор» (плодородие) у хлеба.

Важна и структурирующая функция звука, способного определенным образом организовывать время и пространство. Для структурирования времени годового цикла в традиционной культуре могут использоваться не только культурные звуковые формы, созданные человеком, но и голоса природы. С этой целью из всего множества природных звуков выбираются такие, которые имеют сезонную обусловленность и поэтому могут служить звуковой эмблемой конкретного календарного периода. Например, весенний сезон - «от Вяликадня (Пасхи) до Петра» — отмечен кукованием кукушки, пением соловья и кваканьем лягушек.

Мы привыкли думать, что над временем ничто не властно. Однако, по мнению носителей традиционной культуры, есть по крайней мере одно средство, при помощи которого можно управлять временем, воздействовать на него в магических целях, и это средство — музыкальный звук. Об этом свидетельствует отношение исполнителей к пению календарно-обрядовых песен не вовремя. В экспедиционной практике нередки случаи, когда певицы отказываются воспроизводить не соответствующие сезону обрядовые песни. Уступая просьбе собирателя, они скорее соглашаются петь песни, которые еще только должны будут звучать в годовом цикле, нежели те, что уже отзвучали. Это происходит, видимо, потому, что они боятся нарушить своим пением естественный ход времени.

Звуком в традиционной культуре отмечаются и пространственные отношения. Зона его распространения мыслится как освоенное человеком пространство, которому звук не только сообщает определенные положительные качества, но и защищает от негативных внешних воздействий. С целью максимального звукового охвата пространства народные исполнители поют громко, напряженным тембром и выбирают для это го специальные места, откуда звук хорошо разносится. При этом учитывается и отражающая способность ландшафта. Антифонная форма исполнения песен двумя группами певцов, располагающимися на некотором расстоянии друг от друга, и связь обрядовых песен сдвижением (например, в ритуальных обходах) также позволяют увеличить зону воздействия звука. Немаловажную роль играет звук в структурировании человеческого социума. Это выражается в возрастной циклизации музыкальных жанров, когда определенная часть традиционного репертуара закрепляется за одной из половозрастных групп населения. В некоторых случаях социальный статус людей находит отражение в музыкальной фактуре исполняемых ими песен. В ряде традиций Поволжья и Русского Севера за мужние женщины поют низкими («толстыми») голосами, а девушки - высокими («тонкими»).

Роль звука как маркера социальных отношений в традиционном сообществе сводится не только к возрастной циклизации. Звуковыми средствами фиксируются все изменения социального положения человека. В качестве знака социального и половозрастного статуса может выступать и способ интонирования музыкально-фольклорных произведений. Это обусловлено представлениями о силе голоса, через который проявляется жизненная, и в первую очередь сексуальная, энергия, а также о степени владения им людьми, принадлежащими к разным возрастным категориям. С точки зрения носителей традиционной культуры, способностью петь обладают только люди, находящиеся в детородном возрасте. Остальные, по определению, умением петь не владеют и выражают себя через голос в других формах. Для детей характерна речитативная манера интонирования, соответствующая их возрасту. Девушки, находящиеся в переходном состоянии, также еще не могут петь по-настоящему. Их звуковое поведение обозначается термином «кричать», выражающим уже другую степень приближения к пению как таковому. Для звуковой характеристики стариков и старух, близких к рубежу между жизнью и смертью, значимым оказывается молчание. Это выражается в системе запретов, регламентирующей звуковое поведение пожилых людей и в повседневной жизни, и в обрядовых ситуациях.

В русской народной культуре известны мифологические представления, связанные с голосом человека и «голосом» музыкального инструмента. В мифологии голоса обращает на себя внимание возможность его материализации. Он мыслится как самостоятельный и отдельно от человека существующий объект. Отсюда происходят такие выражения, как «лишить голоса», «подать голос», «потерять голос». Материальность голоса и звуковых сигналов, производимых человеком, выражается и в представлении о том, что они могут подвергаться влиянию извне или становиться инструментом воздействия при порче на голос и порче при помощи голоса. У русских известна болезнь, насылаемая в виде «голоса», который поселяется в человеке и использует его в качестве рупора. На русском юге эту болезнь называют «крикуном», а на севере говорят, что в человеке сидит «лишний» или «говоритель».

Такой же механизм, по народным верованиям, лежит и в основе детских болезней, называемых «криксами» и «плаксами». Они лечатся путем изгнания вселившегося в ребенка «голоса» с использованием магических при­емов . Голос человека, инструмента и отдельные звуковые «высказывания» могут осмысливаться в качестве одной из ипостасей человеческой души, что определяется представлениями о голосе как усиленной форме дыхания. Некоторые исполните ли не хотят, чтобы их голос был записан на магнитофонную лен ту, объясняя это тем, что их душа после смерти не сможет уйти на «тот» свет и будет маяться на «этом» (МЗМ, с. 325-326). Эти ми же представлениями объясняется обычай поминать умерших пением любимых ими песен. В Верхневолжском регионе на Троицу женщины, возвращаясь после завивания венков в деревню, останавливаются у домов умерших певиц и поминают каждую, исполняя ее любимую песню.


Выводы

Акустический код славянской народной культуры включает в себя голоса природы, мифологических персонажей, музыкальных инструментов и голос человека - один из самых удивительных звуковых «орудий». Он способен передать существующие в народном сознании мифологические представления об устройстве мироздания. Согласно народным представлениям, с его помощью можно воздействовать на мир, устранять возникший в нем дисбаланс или, напротив, вызывать его в магических целях, управляя происходящими в мире процессами. Именно поэтому человек должен ответственно, обдуманно и осторожно относиться к любым предпринимаемым им звуковым акциям, иначе последствия могут быть катастрофическими, как сход лавины в горах, вызванный криком.



© по материалам книги «Народное музыкальное творчество» (редактор О. А. Пашина)


© Олег Российсский и Ирина Казаченко, 2006-2016.